Несостоявшаяся российско – украинская газовая война.

Не следует начинать сражения или войну, если нет уверенности, что при победе выиграешь больше, чем потеряешь при поражении.
(Октавиан Август)

Несмотря на все старания премьера Украины Ю. Тимошенко газовая война между Россией и Украиной так и не началась. В виду того, что общее недовольство итогами российско – украинского саммита в Киеве и Москве явно зашкаливает, то можно говорить, что стороны достигли сложного и неоднозначного компромисса, где не все поддается арифметике цен и объемов поставки. Частично компромисс носит политический характер. Как мы увидим ниже, Москва и Киев не только сознательно политизировали проблему «хозяйствующих субъектов», но и активно использовали газовый «инструментарий» для решения собственных внутриполитических и международных проблем.
Претензии Украины к «Газпрому» были сформированы Юлией Тимошенко в период с июня 2007 г. до конца января 2008 г.: долги за поставленный в декабре – январе газ не признавать, газовых посредников ликвидировать, цену сохранить и желательно понизить. Все претензии правительства Украины подрывали уже подписанные осенью 2007 г. соглашения между российской и украинской стороной. Понимая данное обстоятельство, правительство Ю. Тимошенко требования к «Газпрому» так и не рискнуло оформить в надлежащий государственный документ, ограничившись громкими устными заявлениями.
В декабре – январе для подкрепления основного пакета требований украинская сторона активно обсуждала перспективы увеличения транзитного тарифа за прокачку российского газа на европейский рынок. Стоит отметить, что увеличение транзитного тарифа - традиционное развлечение украинского политического класса. Каждое новое поколение украинских политиков и энергетических чиновников перед очередным газовым кризисом с «Газпромом» обязательно вспоминает о возможности резко поднять стоимость российского газового транзита, словно забывая, что и Россия является газовым транзитером, только уже для Украины, перекачивая по своей территории центральноазиатский газ для украинских потребителей. Как всегда, и в преддверии нового газового кризиса простое напоминание Киеву о проблеме взаимной транзитной зависимости мгновенно сняло проблему транзитного тарифа.
Пропагандистская атака Ю. Тимошенко на «Газпром» не являлась неожиданностью. Украинский премьер, являющийся на украинском политическом воле безусловным классическим популистом, постоянно нуждается в очередной информационной кампании, создающей ей имидж наиболее реального кандидата на пост президента Украины. Скандал с «Газпромом» был беспроигрышным ходом, так как решал одним ударом целый ряд внешних и внутренних целей.
Внешние цели: Ю. Тимошенко должна была или разгромить «Газпром», что принесло бы ей невиданный в современной политической истории Украины рейтинг или проиграть, что создало бы ей имидж неутомимого борца за национальные интересы страны, ставшей «жертвой» «российской империи» и «жадного Газпрома». Последний вариант мог быть даже предпочтительней, так как укреплял благосклонность Запада к непосредственно Ю. Тимошенко, «бросившей перчатку» российскому газовому «монстру». Но, учитывая характер и амбиции украинского премьера, с полным основанием можно утверждать, что Ю.Тимошенко была уверена, что победит. Разгром «Газпрома» делал Ю. Тимошенко безальтернативным кандидатом на пост президента Украины.
Надежды Ю. Тимошенко на то, что Россия уступит, имели основания. 2 марта в России должны состояться президентские выборы, что, безусловно, учитывалось в Киеве. Признание итогов выборов в РФ Западом не вызывает сомнений, как не вызывает сомнений, что претензий как к предвыборной кампании, так и к процедуре голосования у Европы и США будет немало претензий. Однако, на фоне украино – российской газовой войны, перекрытия газопроводов, снижения объема поставок газа в Европу, объем предвыборных претензий безусловно вырастет на два порядка. Естественно, российское руководство, приложившее немало сил для наиболее безболезненной ротации правящих элит, не могло допустить совпадение президентской кампании с газовой войной. Ю. Тимошенко это понимала и явно торопилась.
Внутренние цели: борьба за «прозрачный» газовый рынок Украины шел под антикоррупционным «флагом», что ставило оппонентов Ю. Тимошенко в крайне неудобное положение «защитников» коррупции. Под ударом премьера оказывались одновременно партия регионов, которую выставляли организатором «газовой коррупции» во времена премьерства В. Януковича, и президент В. Ющенко, который защищая уже сложившуюся структуру газового рынка, оказывался в роли «укрывателя» «газовой мафии». Напомним, что в разгар скандала украинскому президенту были публично предъявлены обвинения в причастности к махинациям с газом. На внутреннем политическом рынке Ю. Тимошенко, крепко оседлав «газовую тему», чувствовала себя абсолютно уверено.
Оставалось немного – прорваться в Москву, к столу переговоров. Результат не играл никакой роли – объективно Москва фактически обеспечивала приход Ю. Тимошенко к власти в любом случае. Однако тут у Ю. Тимошенко обнаружился конкурент, давно «сидевший на чемоданах» – В. Ющенко. Началась гонка…
Ю. Тимошенко пыталась приехать в российскую столицу еще в январе. Российское руководство фактически уклонилось от встречи. Были другие попытки, завершившиеся провалом. Кремль, прекрасно ориентируясь на украинском политическом поле и наблюдая конкуренцию среди украинских президента и премьера за московский переговорный стол, играл в политические шахматы, используя в качестве ловушки доступ к диалогу – классический лимитрофный сюжет.
Однако для того, чтобы выровнять условия борьбы двух основных борцов на украинском «газовом ковре», Москве необходимо было слегка обнадежить В. Ющенко и ощутимо «стреножить» активную Ю. Тимошенко, что и было сделано в начале февраля – «Газпром» объявил об огромном долге Украины в 1,5 млрд. долларов США, сформировавшийся благодаря поставкам в декабре и январе на Украину российского дорого газа вместо дешевого центральноазиатского. Свалить вину на В. Януковича у Ю. Тимошенко уже не получалось – долг сформировался во время ее премьерства.
Объективно, претензии «Газпрома» были плохо обоснованны. На российский газ не оказалось документов… Прежде всего, справедливости ради стоит отметить, что нет никакого центральноазиатского газа. Весь газ у Туркмении, Узбекистана, Казахстана покупает «Газпром» и только «Газпром». Так что в трубах, идущих на запад от Волги, находится только газпромовский газ – газ компании, зарегистрированной в России. Искусственное разделение газпромовского газа на «русский» и «не русский» было призвано замаскировать, прежде всего, перед российским политическим классом, тот факт, что Россия продолжает дотировать Украину, которая не в силах оплачивать газ по реальной восточноевропейской цене. Подписав в январе 2006 года подобное «очень странное» соглашение с Украиной, «Газпром» выходил из транзитного тупика – Украина не могла платить, а, следовательно, не могла и транзитировать газ. «Отрезать» Украину от газового транзита в Европу было невозможно. Россия в 2006 г. согласилась на дотацию.
Любые скидки, льготы и дотации являются экономической раковой опухолью, так как мгновенно превращаются в правило, правило в закон, закон в «Конституцию» очередного лимитрофного государственного объединения, считающего, что ему все должны. В 2007 г. Украина отказалась подписать соглашение о постепенной выходе на рыночные цены в импорте российского газа, фактически не подпустила «Газпром» к потребителям газа на внутреннем рынке. Чтобы хотя бы как-то компенсировать потери от экспорта газа на Украину[1], «Газпром» использовал цепочку посредников, в капитале которых он выступал учредителем. Попутно, Россия, понимая бесперспективность украинского газового транзитного «коридора», приступила к проекту газопровода «Южный поток», огибающего Украину и обеспечивающего доступ «Газпрома» прямо на европейский рынок…
Но вернемся к ситуации конца января – начала февраля 2008 г. С одной стороны Киев не мог опровергнуть тот факт, что в трубе оказался российский газ, а не туркменский. Но с другой стороны, никаких актов приемки российского газа украинскими газовиками «Газпром» так же не мог предъявить. Данную неувязку сразу обнаружила команда Ю. Тимошенко, но было поздно. Премьеру поручили «искать деньги», пока президент отправлялся в Москву. Ю. Тимошенко осталась за «плетнем»...
В результате украинско – российского саммита 12 февраля Россия сделала В. Ющенко следующие уступки:
- «Газпром» согласился снять требования за уплату более дорогого российского газа, поставки которого она не могла, в принципе, доказать, остановившись на ранее согласованных ценах – газ, поступивший до 31 декабря 2007 г. оплачивается по цене 2007 г. (130 USD), газ поступивший на Украину с 1 января 2008 г. оплачивается по цене 2008 г. – 179 USD, вопрос об оплате по 315 USD и далее снят;
- «Газпром» согласился убрать ныне действующих посредников между «Газпромом» и Украиной.
Уступка солидная, но ожидаемая. «Газпром», впервые организовав встречную атаку, что уже интересно, все-таки не был полностью к ней готов. Однако стоит посмотреть политические результаты саммита.
В принципе, получилось, что В. Ющенко выполнил «программу» Ю. Тимошенко. Это правильное «впечатление» . На этот эффект были и рассчитаны компромиссы, принятые на саммите – Москву полностью устраивало, что газовым миротворцем выступает В. Ющенко, а не Ю. Тимошенко. Фактически Кремль оказался кукловодом украинского политического поля, где у Ю. Тимошенко забрали ее главное оружие – международный скандал с Россией, чем резко сократили ее предвыборный «потенциал».
Попутно, была решена еще одна политическая задача: была снята угроза усложнения легитимизации президентских выборов в России на фоне газовой войны, что в принципе подтверждает тот факт, что Ю. Тимошенко тактически все рассчитывала правильно, но воспользовались ее расчетами другие – ее политические противники.
И самое главное, Киев практически вынудили согласиться с правом Москвы на «озабоченности» в связи с намерением украинской правящей элиты войти в НАТО. Сейчас Киеву сложно заявить, что Россию «не касаются» украинские планы вхождения в северо – атлантический альянс. Безусловно, Россия не может препятствовать желанию украинских военных вернуться через двадцать лет в Афганистан, но она с 12 февраля может официально вести подготовку к организации полноценной границы с Украиной, размежеванию с украинским ВПК и т.д. Безусловно, такая демонстративная деятельность Москвы косвенно может оказать существенное влияние на политическую борьбу на Украине по натовской «теме»… Фактически, Украина согласилась видеть на собственном политическом поле Москву без ставленников и псевдосоюзников.
…На исходе переговоров выяснилось, что «Газпром» создает с украинской стороной двух новых посредников со своей 50% долей акций в их капитале. Благодаря этим СП, «Газпром» берет под свой частичный контроль импорт своего газа на украинский газовый рынок и частично его распределение между потребителями. Так, всё и все, кроме Ю. Тимошенко, вернулось и вернулись в исходную стадию. Украинский премьер проиграл так и не разгоревшуюся газовую войну… Что и требовалось доказать.

А. Суздальцев, 12.02.08
_______________________

1. Проблема написания по-русски «на Украину» или «в Украину» на самом деле имеет политический характер. К примеру, в Беларуси в русском языке, который практикуется на территории республики, используется слово «Беларусь», немыслимое для норм русского языка, так как по его канонам слово «Беларусь» составное и должно иметь соединительную гласную «о». Поэтому на территории России оно не закреплено какими – либо нормами русского языка, утверждаемыми Совмином РФ. Используется слово «Белоруссия». Но в Беларуси русский язык является государственным наряду с белорусским и белорусские власти имеют полное право на своей суверенной территории менять нормы русского языка и использовать слово «Беларусь» как в белорусском языке, откуда оно и пришло, так и в русском языке в рамках своих географических границ. Естественно, белорусы не имею право требовать от России, чтобы она меняла свои правила русского языка, так как, во-первых, с тем же основанием можно требовать от соседа менять законодательство, а язык не живет сам по себе, основные его нормы утверждаются законом. Во-вторых, Россия не требует от белорусов отказа от белорусского слова «Расiя». В принципе, так можно далеко пойти и предъявлять и навязывать друг другу целые словари, требуя их использования в качестве родных. Фактически, претензии белорусов к русским в том, что они «не так говорят и пишут» носят имперский характер – русские, по мнению, некоторых белорусов, обязаны говорить по-белорусски, отказываясь от слов из своего родного языка и использовать белорусские слова. Но при этом не объясняется, почему русские обязаны так сделать и как их, сто пятьдесят миллионов, заставить отказаться о русского языка… Не требует, ведь, к примеру, Финляндия, чтобы ее обязательно называли Суоми. Это было бы глупо.
Все это имеет отношение и к украинским вариантам «в Украине» или «на Украине», с одним лишь нюансом. На Украине русский язык не признали государственным, что означает – украинские власти не имеют право менять нормы русского языка. Вот пусть Киев признает русский язык государственным, а потом как хочет, так и говорит, но и при этом варианте его новые правила русского языка будут легитимными только на территории Украины.
Подводим итог. Когда автор этих строк пишет статью на территории Беларуси или для Беларуси, он с полным основанием использует слово «Беларусь», что имеет под собой законодательную основу – в РБ русский язык наряду с белорусским является государственным. Но, когда готовится материал для России, автор использует слово «Белоруссия», что так же имеет под собой правовую основу.
Но в отношении Украины данное правило не используется. Как в России, так и на Украине принято говорить «на Украине», а не «в Украине» (или «в Кубе», а не «на Кубе»). Русский язык на Украине не имеет государственного статуса. Дело в том, что украинская правящая элита должна понять – чтобы пользоваться чужим, в данном случае чужим языком, и менять это чужое, надо его сначала «приобрести» и нести за это «приобретение» ответственность, а не пользоваться «на халяву» (прошу извинить за использование данного нелитературного термина).