В ожидании белорусского Хрущева.

Власть - это такой стол, из-за которого никто добровольно не встает.
(Фазиль Искандер)

Расклад политических сил, позиционирование основных игроков на белорусском политическом поле, учет ресурсов, анализ целей и стратегий внешних субъектов мировой политики, активно влияющих на возможности и ориентировки как действующей власти, так и оппозиции, а также еще много и многое иное (структура экономики, соотношение экспорта-импорта, критический энергоимпорт, место на мировой политико=экономической арене, политический диалог со стратегическими партнерами, степень вовлеченности в процессы глобализации) позволяют с определенной степенью достоверности выйти на прогнозные варианты и сценарии. Безусловно, анализ развития белорусского политического класса является важнейшим элементом прогноза. Размещенный в белорусском Интернете доклад П. Марцева (http://www.belaruspartisan.org/bp-forte/?newsPage=0&page=100&news=17189), в принципе и предназначен для составления определенного впечатления о готовности белорусских властных группировок, к той или иной степени реформ в национальном белорусском государстве.
П. Марцев сделал вполне квалифицированную попытку дифференцировать политический класс по «элитным» группам, видимо, сознательно не акцентируя внимания на том факте, что реальная национальная элита в Республике Беларусь отсутствует и процесс ее формирования крайне затруднен наличием типичного, словно списанного под диктовку из учебника политологии, авторитарного режима. Тем не менее, если согласиться с автором концепции, что определенные «группы» («властная элита», «прозападная», «пророссийская», «белорусская») вполне определились со своей геополитической ориентацией, политическими и социально-экономическими задачами и не ставить под сомнение конкретные установки каждой группы в интерпретации П. Марцева, то в целом невольно придешь к выводу о высокой степени монолитности белорусского политического класса. Кроме того, возникает ощущение, что традиции клановости уходят в прошлое…
Обратим внимание на следующие данные, приводимые П. Марцевым (мы сознательно абстрагировались от конъюнктурных политических целей групп):
Идеология: «консервативное поддержание существующей системы ценностей: государство - это президент» («властная элита»); «формулирование и активное продвижение идей демократии и рыночной либеральной экономики» («прозападная группа»); «формулирование и активное продвижение идей социал-демократии и рыночной социально ориентированной экономики (рыночный социализм или государственный капитализм - формулировка не имеет значения)» («пророссийская группа»); «не вступить в противоречие с собственной совестью, которая требует социал-демократии и рыночной социально-ориентированной экономики («белорусская группа»)».
Политические задачи:
1) «Трансформация существующего президентского режима в «демократию по-белорусски». В двуединую «демократию» («властная элита»); «Учреждение парламентско-президентской республики– демократизация страны, свободный рынок, «незыблемость Конституции» («прозападная группа»); «Учреждение парламентско-президентской республики - постоянное декларирование разделения власти на три, якобы самостоятельные, ветви, «незыблемость Конституции» («пророссийская группа»); «Учреждение парламентско-президентской республики - разделение власти на три самостоятельные, но взаимосвязанные ветви, «незыблемость Конституции» («белорусская группа»).
2) «Привлечение конструктивно настроенных - «засвеченных» на Западе - оппозиционеров, для подготовки и заключении «договора о перемирии» с Евросоюзом и США. («властная элита»);
3) «Ослабление политического задора в отношениях с Россией, и в союзе с одной из российских партий попытка поискать - в процессе российских выборов - экономической «справедливости» для белорусского народа. («властная элита»);
4) «Поддемокрачивание» парламента и запуск в него «миноритарных депутатов»: конструктивно настроенных - «засвеченных» на Западе – оппозиционеров» («властная элита»);
Экономические задачи:
1) «Поиск заемных средств» («властная элита»);
2) «Поиск дешевых энергоносителей» («властная элита»);
3) «Привлечение в Беларусь инвестиций иностранных, в первую очередь, российских бизнесменов. А для проведения политики «сдержек и противовесов» - «пустить» пару арабских банков и десяток китайцев» («властная элита»); «Привлечение иностранных инвестиций» («прозападная группа»); «Привлечение российских, казахских, китайских и арабских инвестиций» («пророссийская группа»); «Законодательная организация благоприятного инвестиционного климата в стране. Создание условий для гарантий национальных и иностранных инвестиций и построение конкурентоспособной экспортно-ориентированной рыночной экономики» («белорусская группа»)
4) «Проведение разгосударствления и приватизации» («властная элита»); «разгосударствление и приватизация» (в пользу «западного капитала») («прозападная группа»); «Разгосударствление и приватизация (в пользу «российского капитала») (пророссийская группа»). «Разгосударствление и приватизация» (в пользу национального капитала или иностранного капитала под управлением национальных менеджеров)» (белорусская группа»).
5) «Жесткое государственное регулирование рыночных отношений» (пророссийская группа»); «Государственное регулирование рыночных отношений» («белорусская группа»).

Национальная идея:
1) «Президент. Вертикаль власти. Государственная собственность» («властная элита»);
2) «Личность. Демократия. Частная собственность» (прозападная группа»).
3) «Государство. Социал-демократия. Государственно-коммерческая собственность» («пророссийская группа»).
4) «Общество. Гуманизм. Равные возможности всех форм собственности» («белорусская группа»).

По мнению П. Марцева, «придя к власти, любая группа должна будет принять - и осуществить - позитивные декларации соперников». Видимо, по мнению исследователя, это является обязательным условием сохранения власти в руках одной из групп – «Это придется делать даже «группе власти», если она не хочет, чтобы ее похоронил бессмысленный и беспредельный народный бунт». П. Марцев, считает, что «это наиболее вероятный сценарий развития событий в Беларуси (координация целей и задач групп – А.С.). Но есть и пессимистичный вариант - если элитные группы законсервируют ситуацию, оставят все, как есть, через какое-то время в результате мощного экономического и политического кризиса страна погрузится в хаос, произойдет смена власти, но страна потеряет навсегда свою независимость».
Стоит сразу отметить, что погружение страны в «хаос» далеко не всегда означает потерю независимости. На постсоветском пространстве часть молодых и независимых государств по нескольку лет находились в стадии ожесточенных гражданских войн (Грузия, Таджикистан), войн за передел территорий (Азербайджан), страдали от сепаратизма (Молдавия, Грузия), но ни одна из этих стран не потеряла свою независимость и суверенитет. Сомали, между прочим, в ситуация «хаоса» находится третье десятилетие, но никто на место Могадишо в ООН не претендует.
Безусловно, в ряде стран постсоветского пространства идут процессы деградации государственных институтов, размывание их функций, «втягивание» национальных экономик более сильными соседями – государствами или надгосударственными структурами (наиболее яркие примеры – Молдавия и Киргизия). Но эти тенденции являются частью общего переосмысления понятия «независимость» в условиях глобализации.
Приоритет «борьбы за независимость», использование лозунгов «борьбы за независимость» являются хронической болезнью любого молодого национального государства и основным стержнем формирования первичного, пока рыхлого, национального класса. В условиях реальной войны за независимость, политический класс формируется быстрее (пример формирования абхазского политического класса в данном случае наиболее показателен), но даже отсутствие реальной угрозы независимости не снимает необходимости поиска врага. В белорусском варианте враг назначен – Россия. На базе борьбы с российским «аншлюсом» делается попытка как со стороны оппозиции, так и со стороны власти создать более-менее монолитный белорусский политический класс. В принципе, это общие признаки, характерные для стран постсоветского пространства.
Спорить с этими тенденциями бесполезно и бессмысленно, так как в данном случае перед нами «детская болезнь» - этап, когда все позитивное объявляется исконно национальным, подвергается сакрализации и общей комплиментации, а все негативное объявляется привнесенным, навязанным и агрессивным. В результате, как власть, так и оппозиция бесконечно ищет заговоры против независимости как внутри страны, так и за ее пределами. Со стороны данная бурная освободительная борьба с фантомами выглядела бы исключительно комично, если бы не попытки политического класса навязать окружающему миру представление о своей стране, как сосредоточении глобальных, стратегических интересов субъектов мировой политики (типичная лимитрофная традиция). Одновременно, игнорирование или равнодушие внешних игроков вызывает едва ли не большее негодование, чем предложение «войти в состав федерации областями» или «единым федеральным округом».
Выход из стадии вечной борьбы за независимость подразумевает появление у политического класса новых, более осмысленных приоритетов, рассчитанных на некое конструктивное развитие. Однако широко пропагандируемую европейскую ориентацию трудно считать таким приоритетом, так как скорее можно говорить о смене вектора экономического иждивенчества с восточного на западный.
Предложенная П. Марцевым система «групповых» интересов, целей и задач оживает (стартует) и двигается или в направлении инкорпорации «деклараций соперников» или в направлении «хаоса» и распада государства. Однако, авторитарный режим А. Лукашенко давно инкорпорирует «декларации» белорусской оппозиции, с легкостью меняет цели и лозунги, активно перехватывает идеи, востребованные белорусским обществом и не собирается не то что расставаться с властью, но даже делиться. Все вроде происходит, как и отмечает П. Марцев, но в формате «бега по кругу» и без политических оппонентов.
Что может «разомкнуть круг»? Социально – экономический кризис. Именно кризис запускает всю схему П. Марцева, заставляет или «инкорпорировать» «декларации» или загоняет страну в «хаос». Анализ практически всех политических документов (манифестов, заявлений, программ, аналитических обзоров, статей и т.д.), рожденных за последние два года в рядах белорусской оппозиции, позволяет говорить о фетишизации будущего экономического обвала, дефолта и прочих страшилок, что выведет народ на площади и свалит власть и прочее, прочее, прочее…
Комментировать постулат, миф, сказку, даже басню, которую уже несколько лет используют в качестве мобилизации ресурсов спонсоров, оправдания собственного политического бесплодия означает принять на себя в очередной раз бочку грязи. Но ведь лгут насчет кризиса…
Масштабного социально – экономического кризиса, способного свалить режим А. Лукашенко не будет. Предпосылки для кризиса будут, дефолт возможен, затоварка на складах может остановить предприятия, люди будут приходить на рабочие места и курить, но на площадь никто не выйдет. Во-первых, экономическая изворотливость, а вернее, выносливость, рядового белоруса не поддается какой – либо разумной оценке. Вместо площади, белорус скорее отправится на поле копать картошку. В егопонимании, такие действия являются более осмысленными, как и отъезд на работу в ту же Россию. Но кто-то напомнит об опыте 1992 года… Это верно, есть такой факт – 100 тыс. на улицах. Но и власть помнит те апрельские дни. Так что, во-вторых, власть прекрасно понимает, что реально ее привилегиям в стране могут угрожать силовой блок и два минских района – Фрунзенский (самый большой «спальный» массив не только в Беларуси, но и вообще в Балто – Белорусском регионе) и Заводской (основные предприятия белорусской столицы). «Выход на площадь» белорусского рабочего класса проблематичен. Власть строго следит за регулярностью выплаты зарплаты на предприятиях и, не считая нескольких незначительных инцидентов, за последние десять лет не допустила массовых «выходов» рабочих. Иных судьбоносных «маршей» не предвидится. Выступления молодежи не являются чем-то угрожающим для режима. В-третьих, в случае самого катастрофичного сценария – вся экономика встала, банкротство страны (что невозможно), ни ЕС, ни РФ Беларусь не оставят и дадут как деньги, так и энергоносители. Причина понятна: никому ни на Востоке, ни на Западе не нужен кризис на важных транзитных внутриконтинентальных коммуникациях. Другое дело, что властям такого рода кризисы ничем не угрожают, а позволяют, объявив виновниками экономической катастрофы Россию, США, ЕС, Гондурас и В. Путина, только укрепить свои политические позиции.
Закрывая вопрос о «неизбежном социально – экономическом кризисе» стоит отметить, что политическое иждивенчество остается одном из специфических особенностей белорусской оппозиции: «грязная работа» - создание предпосылок для социально-экономического кризиса в Беларуси со всеми сопутствующими обвинениями в использовании энергетики в качестве «политического инструмента давления», «удушения братского народа», «имперских инстинкта», «рвутся к белорусским предприятиям» и т.д. «поручается» России, а воспользоваться политическими дивидендами от кризиса планирует оппозиция. В общем, кто-то придет и расстелет ковровую дорожку к власти и… Европе.
Вернемся к схеме «элитных групп», предлагаемой П. Марцевым. Обратим внимание на блоки приоритетов групп и сравним их.
Идеология: Сразу бросается в глаза совпадение идеологических установок между двумя группами - «пророссийской» и «белорусской» («не вступать в противоречия с собственной совестью» - определение из другой сферы и не имеет отношение ни к экономике, ни к политике). Однако стоит отметить, что и нынешняя власть практикует «рыночную социально-ориентированную экономику», чем обеспечивает себе поддержку большей части электората. Другого метода сохранения рейтинга просто не существует, за исключением войны. Причем избирателя не особенно волнует, что социальные программы обеспечиваются в большей степени за счет дотационной энергетической политики России, а также благодаря доступу на российский рынок (морочит голову Москве? Молодец...) Сомнительно, что любая из групп, включая даже «прозападную», прядя к власти, с высоко поднятой головой откажется от российской экономической помощи. В принципе, подобный случай был – в 2005 году Ющенко заявил, что не нуждается в «московских газовых подачках», но быстро одумался и все закончилось российско – украинской газовой войной.
Стоит отметить, что процедуру нормализации отношений с Россией готовы начать буквально все группы, включая и «властную», в чем П. Марцев безусловно прав. Опыт Украины продемонстрировал, что «идеи» на Западе, а деньги (ресурсы) на Востоке…
«Невидимая рука рынка» рано или поздно приведет энергетические потребности Беларуси в соответствие с ее возможностями оплачивать энергоимпорт, но эти несколько лет придется как-то жить. За чей счет? Евросоюза? Но туда еще надо войти… так что если П. Марцев и указывает, что только «пророссийская группа» и «белорусская» выступают за «государственное регулирование рыночных отношений», но на самом деле участие государства остается приоритетом для «властной группы» и нет сомнений, что и «прозападная группа» в случае прихода к власти, наступит на горло собственной песне. Политика выживания похоронит (возможно, что на время) все либеральные и столь милые автору этих строк идеи и решения.
Политические задачи. Всем группам, исключая «властную», П. Марцев присваивает приверженность к парламентско – президентской республике, что сомнительно. На постсоветском пространстве только Украина в настоящее время совершает переход к парламентско – президентской республике, что уже привело ко второму политическому кризису – В. Ющенко сделал попытку вернуть страну к президентской форме правления. Стоит отметить, что украинский политический класс находится на более высокой стадии развития, чем белорусский. Украина может похвастаться собственными протоэлитными группами. В виду того, что белорусское общество находится на аграрно – индустриальной стадии своего развития, а белорусский политический класс адекватен своему обществу, то приверженность президентской форме в Беларуси сохранится еще на долгие годы. Как правило, аграрно – индустральное общество не приемлет развернутой демократии, если только ей не навязывают ее силой.
Стоит напомнить, что переход к президентской форме правления состоялся в Беларуси в 1993 -1994 гг., когда А. Лукашенко был простым депутатом Верховного Совета. Это был осознанный выбор наиболее приемлемого для электората варианта удержания власти. Так что любая из выделенных П. Марцевым групп в случае прихода к власти не отважится отказываться от президентских полномочий своего лидера.
Экономические задачи. П. Марцев считает, что буквально все группы заинтересованы в инвестициях (как впрочем, и в дешевых энергоносителях и кредитах – А.С.). Различия только в приверженности к кредиторам – русские, арабы, китайцы, европейцы. В целом, судя по потребности в деньгах, любая группа будет рада любым инвестициям, независимо от географии. Временное сохранение быстро убывающих российских дотаций позволяет сейчас «властной группе» избирательно относиться к инвестициям, создавая непреодолимые препятствия для одних инвесторов (Россия) и хлебосольно встречаю других (Китай, арабские страны).
По мнению П. Марцева, все группы видят свои задачи в «проведении разгосударствления и приватизации» (больше всего нюансов у «властной группы»). Однако различия в стратегии приватизации между «властной группой» и «белорусской» («Разгосударствление и приватизация» (в пользу национального капитала или иностранного капитала под управлением национальных менеджеров) практически отсутствуют. В принципе, за национальный капитал выступают и две остальные группы. Только где его взять, кроме как у А. Лукашенко?
Задержка в приватизации не является спецификой режима первого белорусского президента. Это был заказ белорусского политического класса, опасающегося остаться ни с чем перед лицом более мощных конкурентов, прежде всего из России. Стоит напомнить, что до настоящего времени ни одна из политических сил на белорусском политическом поле не декларирует открытую для мирового рынка приватизацию белорусских производственных фондов. Причем, страх остаться без ресурсов в неизбежно надвигающийся период «больших продаж» настолько всеохватывающий, что белорусский политический класс не тревожит и то, что с каждым годом привлекательность объектов приватизации падает.
Как видим, не касаясь целей групп, что всегда носит в большей степени конъюнктурный характер, деление белорусского политического класса на группы пока исключительно субъективно. Для появления действительно элитных групп необходимы ресурсы. Ресурсов нет, а которые были накоплены на реэкспорте российской нефти, перепродаже российского газа и конфискате российского транзита, выведены за рубеж «властной группой» (типичные компрадоры), т.е. полукриминальное происхождение этих капиталов не стало основой для формирования «пророссийской» группы. Государственно-частный контроль над экспортом в страны ЕС не позволил сформировать сильную «прозападную» группу. Про «белорусскую» группу вообще нечего говорить… Отсюда и геополитическая нестабильность всех властных группировках. В середине 90-х годов большинство политического класса понимало, что поддержка возможна только с Востока и А. Лукашенко выполнял заказ номенклатуры на псевдоинтеграционный проект с Россией. В середине первого десятилетия XXI века, когда стало ясно, что Россия не видит перспектив в безусловном и бесконечном дотировании «единственного союзника», белорусский политический класс стал терять опору, оживились поиски альтернативы, нового стратегического спонсора. Метания А. Лукашенко от джунглей Южной Америки и полупустынь Среднего Востока до Желтого моря не являются его прихотью. Он должен «таскать каштаны из огня», если хочет сохранить власть. А. Лукашенко не является неким политическим «фурункулом» на «здоровом теле» белорусской правящей прослойки, он плоть от плоти ее основной и самой массовой группы, которая борется за элементарное выживание.
Нет в белорусском политическом классе сформированных «прозападных» или «пророссийских» групп, и тем более «белорусской» группы. Иллюзий нет, кто вдруг куда поманит, туда и рванутся в полном составе.
Если бы в свое время нарождающемуся политическому классу РБ Европа предложила неограниченную поддержку, не требуя в ответ ни доступа к объектам приватизации, ни посылки белорусских солдат в Ирак и Афганистан, то Минск в настоящее время мало чем бы отличался от антироссийского Тбилиси. Хотя, в принципе, и сейчас разница с каждым месяцем улавливается все меньше…
Современное состояние белорусского политического класса не позволяет рассчитывать на появление адекватной современный процессам глобализации альтернативы действующей белорусской власти. Вместо А. Лукашенко появятся новые «лукашенки», включая амбициозных белорусских Юлий Тимошенки.
Единственный вариант выхода из данного замкнутого круга: в случае совпадения ряда внешних и внутренних существенных политических факторов, можно рассчитывать на появление белорусского Хрущева. И не более. На этом историческом пути Беларусь далеко не первая… Между прочим, неплохой вариант…

А. Суздальцев, Москва, 01.10.07