Роли поменялись

Роли поменялись.

Если ты очутился в яме, немедленно прекращай копать.
(Денис Хили)

Внутренняя суть белорусско – американского дипломатического кризиса проявилась там, где и ожидалось. 21 марта при встрече с российским премьером В. Зубковым А. Лукашенко заявил: «Я хотел бы рассказать вам о проблемах, существующих в нашей внешней торговле, особенно в связи с позицией руководства США». Фактически белорусский президент подтвердил: кризис с Вашингтоном имел главную цель не в попытке уклониться от освобождения А. Козулина или демократизации республики, что, между прочим, не одно и тоже. Задача у Минска в кризисе с Вашингтоном была утилитарна и традиционна – продать «верность союзническому долгу» за конкретные ресурсно – финансовые дотации России, что и проявилось на Союзном Совмине.

Союзный Совмин

В целом, Союзный Совмин 21 марта прошел в рабочем ритме – были обсуждены множество текущих вопросов: начиная с таможенных пошлин и завершая оборонной политикой. Но два вопроса, носивших стратегический характер – пролонгация относительно дешевой цены за газ (119 долларов) на весь 2008 год и выделение очередного кредита в 2 млрд. долларов, выпали из общей канвы заседания.
Однако, мгновенно, словно восполняя «новостную пустоту», появилась «попутная», но пока неподтвержденная информация из Москвы о новой цене за газ для РБ на II кв. 2008 года – 128 долларов, что означает - Беларусь ждет повышение цены на газ на 10%. Если «Газпром» намерен и далее держать подобный темп, то в IV кв. «белорусская» газовая цена сравняется с «украинской», что символично, но не критично.
Критично как раз то, что «подсвечена» цена только на очередной квартал. Это может означать одно – данные вопросы будут решены на другом, президентском уровне.
Стоит отметить, что в истории российско – белорусских газовых отношений подобная «поквартальная» контрактизация поставок газа имела место в первом полугодии 2004 года, как результат первой газовой войны между Минском и Москвой. В 2004 году к ситуации, когда несанкционированный отбор транзитного газа республике в «двадцатиградусный мороз» отключили газ, приложил руку В. Семашко, который всю осень 2003 г. и зиму 2003 – 2004 гг. уверял с белорусского телеэкрана о том, что «Москва воспринимает белорусскую позицию».
Прошло пять лет и ничего не изменилось. Дежурные обещания В. Семашко, что белорусские доводы об изменении цены за газ для Беларуси «воспринимаются» российской стороной, предваряли мартовский 2008 г. Союзный Совмин. В очередной раз слова первого вице-премьера белорусского правительства не подтвердились.
Итак, Союзный Совмин оказался совсем не тем, на что рассчитывало белорусское руководство. Почему столь раскрученный белорусско – американский дипломатический конфликт не взломал продуманный в Кремле сценарий Союзного Совмина? Кто предупредил Москву? Похоже, это сделал сам А. Лукашенко. 10 марта 2008 г. в статье «Дипломатический «бунт на коленях»( http://www.politoboz.com/node/323) мы предположили, что «6 марта А. Лукашенко в срочном телефонном разговоре поспешил выложить «доказательства»(своей союзнической верности на фоне конфликта с США) В. Путину». Глава белорусского государства во время встречи с В. Зубковым подтвердил нашу версию – 6 марта от «доложился» второму президенту России. Что и требовалось доказать.

Москва уклонилась от конфликта Минск – Вашингтон.

Стоит отметить, что белорусского президента не очень волновало – хочет ли российский премьер слушать о дрязгах своего «союзника» с Вашингтоном. В. Зубков, по мнению А. Лукашенко, был обязан «понять» и «помочь» партнеру по Союзному Государству. Однако, все оказалось не столь однозначным: 21 марта Россия продемонстрировала, что она не намерена втягиваться в чужой для нее конфликт, тем более, что одной из сторон в конфликте является весьма сложный и крайне неустойчивый «союзник», склонный к провокациям и видящий главный ресурс для своего выживания в международной изоляции России. С другой стороны, в конфликте оказался замешан Вашингтон. В итоге возникла зеркальная «грузинская» ситуация осени 2006 года: лимитроф провоцирует внешние силы – субъекты мировой политики, чем доказывает свою «важность» и «востребованность» одной из избранных им внешних сил. Фактически лимитроф руководит сверхдержавами, играя на их фобиями и иллюзиями. Москва учиться быстро и в конфликт – западню, заботливо «выкопанную» «союзным» Минском вступать не пожелала.
Россия не «клюнула» на белорусско – американский дипломатический блеф. Почему? Во-первых, Москва понимала, более того, знала, что перед ней разыгран спектакль, имеющий главной целью втянуть РФ в конфликт между Минском и Вашингтоном и попутно обеспечить бесперебойное снабжение Беларуси финансово-ресурсными дотациями и помощью.
Во-вторых, Минск не учел или учел не в полной мере, как международный контекст, так и сложный и зачастую противоречивый характер российско-американских отношений. Это была стратегическая ошибка.
В-третьих, Минск традиционно преувеличил геополитическую значимость республики, ее влияние и роль в Европе.
Раскрыв свой замысел В. Путину 6 марта, ровно через две недели А. Лукашенко, умудрился прямо перед Союзным Совмином (20 марта 2008 г.) в интервью австрийскому агентству прессы (АПА) заявить: «Думаю, в ближайшее время при таком массированном давлении Запада на Беларусь, наши отношения с Россией будут еще теснее». В данном случае перед нами пример поразительного политического ослепления. Играть, тем более публично, на расколе между Востоком и Западом в период вхождения во власть в России новой администрации, при соблюдении российских национальных интересов декларирующей максимально возможное партнерство с ЕС и США, контрпродуктивно, если не глупо. А. Лукашенко раскрылся полностью. Он переиграл сам себя.

Российско – американский «тыл» Минска.

Стоит напомнить, что в Москве только что проводили К. Райс и министра обороны США. Проводы оказались теплыми и наполненными массой намеков и надежд, что, конечно, вызвало определенную нервозность в Минске.
Теплота встреч в Кремле связана не только с тем, что российское руководство традиционно, еще с времен Советского Союза, видит в США реальных партнеров исключительно в рядах республиканской партии. Почти столетний опыт советско – американских и российско-американских отношений говорит о том, что демократы отличаются феноменальной недоговороспособностью. Так что оптимистическое завершении консультаций «2х2» в Москве, как бы не злословили по этому поводу белорусские официальные СМИ, имело скорее внутриполитические причины, чем стратегические. Как говорится, для полноты картины, стоит напомнить, что по традиции, белорусское руководство устраивает демократический Белый Дом.
К сожалению, видимо в белорусском политическом классе не все понимают, сколь злободневна и во многом судьбоносна для России повестка российско –американских отношений. Стоит напомнить, что на прошлой неделе Д. Медведев был официально представлен «посланцам» американского истэблишмента. Естественно, «представление» должно было пройти максимально доброжелательно. В целом, в настоящее время, в предвыборный и для России и США год заинтересованность Вашингтона и Москвы друг в друге выросло на порядок. Естественно, более второстепенные темы безжалостно отсекались. На прошедших в Москве российско – американских переговорах слово «Беларусь» не было упомянуто ни разу. И Москва и Вашингтон, как говорится, «по умолчанию» прекрасно понимают, что стоит за международными скандалами А. Лукашенко – животный страх потерять власть.
На этом, в целом почти оптимистичном фоне отношений между РФ и США попытки А.Лукашенко предварить заседание Союзного Совмина жалобами на Вашингтон, выглядели несколько жалкими. Фактически российскому премьеру, т.е. лицу, не принимающему политические решения, предлагалось провести Совмин в формате пожарной помощи «пострадавшему от агрессии американского империализма», хотя вряд ли А. Лукашенко не понимал, что основные решения Союзного Совмина уже обсуждены и приняты в Кремле.
В итоге белорусско-американский фарс вылился в пародию: «сольную партию» президента - жалобщика на Вашингтон продолжил (по поручению) премьер С. Сидорский, который уже в ходе заседания несколько раз возвращался к теме американских санкций. В итоге, белорусская сторона буквально «выжала» из В. Зубкова весьма осторожное заявление: «Сегодня мы обсудили решение администрации США расширить санкции в отношении белорусского государственного концерна "Белнефтехим". Россия считает этот шаг политизированным… Вместо выстраивания диалога и отмены ограничительных мер Вашингтон в своих интересах продолжает давление на Беларусь... Мы призываем Вашингтон пересмотреть свою линию в отношении Беларуси и ее коммерческих структур». В настоящее время слова российского премьера В. Зубкова является единственной реакцией официального лица РФ высокого ранга на белорусско - американский дипломатический кризис. Ясно, что в дальнейшем, А. Лукашенко придется выпутываться из кризиса с Вашингтоном в одиночку. Конечно, это провал.
В итоге на российском направлении у Минска остаются задачи, заявленные еще в начале марта. Прежде всего, до начала II квартала осталось семь дней и новый контракт по поставкам газа надо срочно подписывать. Пока вопросы «прояснения» союзных отношений не решены - ввод российского рубля в денежное обращение РБ, формализация союзных отношений в Конституционном Акте и, как результат, возможный референдум – 22 февраля министр иностранных дел РБ С. Мартынов подтвердил наличие данной «повестки дня» в СГ- контрактация газа будет идти по кварталам с умеренным ростом. Минск, естественно, полностью воспользуется временным лагом, связанным со сменой правящих элит в Кремле для оттяжки «откровенного разговора» о судьбе союзного проекта. На повестке дня у белорусского президента остается задача «приучения» Д. Медведева. Март на союзном направлении потерян для Минска...

Виновник провала.

Чтобы найти виновника провала белорусского сценария Союзного Совмина, стоит вернуться к истокам белорусско – американского кризиса. Но прежде всего необходимо помнить, что к концу марта белорусское руководство сотворило поразительную вещь – оно сдало завоеванное большими морально-нравственными потерями тактическое преимущество в отношениях с Западом. Выйдя из февральского скандала с А. Козулиным с явным успехом – Вашингтон объявил освобождение А. Козулина основным условием для разблокирования отношений с Западом, т.е. передал А. Лукашенко «ключ» от «двери» на Запад, Минск захотел сыграть на повышение и убить одним «выстрелом» сразу несколько зайцев: обеспечить поддержку России, добиться от Запада легитимизации притязаний А. Лукашенко на пожизненное президентство, попутно усилить конфронтацию между внешними силам в Восточной Европе, что должно было, по идеи, усилить геополитическую роль Беларуси. Для «прорыва» был избран самый радикальный путь: конфликт.

В первую очередь спровоцировали тех, кто, как казалось, был более всех заинтересован в «демократизации» Беларуси – США. В ответ Вашингтон вернулся к «уточнению» ноябрьский санкций против «Белнефтехима». Минск, оперативно известив Москву о «прорыве», отозвал белорусского посла из Вашингтона и т.д…. Началась эскалация. Между тем, в любом конфликте наибольшую негативную нагрузку несет не инициатор (провокатор) конфликта, а инициатор его эскалации. Получилось так, что это роль осталась за Минском. Именно белорусское руководство требовало отъезда посла, сокращения численности посольства, т.е. искал поводы. В итоге, официальный Минск увяз в конфронтации. Тактическое преимущество испарилось.
Стоит напомнить, что Минск вошел в диалог с Западом, рассчитывая на то, что наличие коммуникаций с ЕС и США позволит ему шантажировать Москву. Белорусское руководство на определенном этапе тактически переиграло Госдепартамент США и использовало Вашингтон в своей игре с Россией. Но дальше начался сбой: конфликт вышел из-под контроля, началась естественная эскалация и провокация вылилась в реальный кризис.
С каждым витком кризиса цена выхода из него возрастала. Февральское преимущество было уже потеряно. Сейчас освобождения А. Козулина для выхода из кризиса уже не достаточно. От Минска, если он захочет опереться на Запад, потребуют более радикальные шаги, на которые он пока не способен – разорвать союзные отношения с Москвой, приступить к частичной демократизации страны и т.д. Между тем, белорусско – американский кризис продолжать до бесконечности, рассчитывая все-таки втянуть в него Россию, невозможно. В одиночку Минск «войну» с США не потянет.
Замена реальной политики политическими интригами, скандалами и виртуальными «войнами» знаменует определенный и строго фиксированный этап в развитии режима А. Лукашенко. Результатом белорусско – американского скандала очень скоро станет понимание, что Беларусь находится вне мировой политики.
Следовательно, Минску все равно придется менять тактику. Из «жертвы американского империализма» ему сейчас необходимо стать «жертвой жадности Кремля». В настоящее время Запад Минску нужен больше, чем Западу Минск. Роли поменялись. Однако не исключено, что белорусское руководство еще продолжительное время будет пытаться обострить конфликт с США, рассчитывая, что Москва рано или поздно к нему присоединится на стороне Минска.

А. Суздальцев, Москва, 24.03.08